ФАНТАЗИЯ, ФАНТАЗМ

Предыдущий термин:
ФАНТАЗИЯ ОБ ИЗБИЕНИИ

Следующий термин:
ФАНТАЗМ

Содержание:

Найдено 1 определение:

ФАНТАЗИЯ, ФАНТАЗМ

Нем.: Phantasie. - Франц.: fantasie. - Англ.: fantasy или phantasy. - Исп.: fantasia. - Итал.: fantasia или fantasma. - Португ.: fantasia.

o Воображаемый сценарий, в котором исполняется - хотя и в искаженном защитой виде - то или иное желание субъекта (в конечном счете бессознательное).

Фантазии могут иметь различные формы: это осознанные фантазии, или сны наяву*, и бессознательные фантазии, обнаруживаемые аналитиком в качестве структурной подосновы явного содержания, или, иначе, первофантазии*.

o I. Немецкое слово Phantasie означает "воображение": не столько способность воображения в философском смысле слова (Einbildungskraft), сколько мир воображения, его содержания, одушевляющую его творческую деятельность.

Французское слово fantasme было заново введено в употребление психоанализом, и потому оно более нагружено собственно психоаналитическими смыслами, нежели немецкое Phantasie, причем это слово не соответствует немецкому в точности и имеет ограниченное употребление: fantasme - это особый продукт воображения, а вовсе не мир фантазий и не деятельность воображения в целом.

Д.Лагаш предложил использовать старое французское слово fantaisie, удобное тем, что оно обозначает одновременно и творческую деятельность, и ее результаты, однако в современном языке это слово тесно связано по смыслу с капризом, прихотью, чем-то несерьезным и пр.

II. Термины fantasmes, fantasmatique (фантазм, фантазматический) вызывают в мысли противопоставление между воображением и реальностью (восприятием). Если считать это противопоставление основой психоанализа, нам придется трактовать фантазм как чистую иллюзию, развеиваемую правильным восприятием реальности. Такое понимание мы находим в некоторых текстах Фрейда. Так, в работе "О двух принципах функционирования психики" (Formulierungen ?ber die zwei Prinzipien des psychischen Geschehens, 1911) Фрейд противопоставлял внутреннему миру, стремящемуся к иллюзорному удовлетворению, внешний мир, постепенно, посредством системы восприятия, подчиняющий субъекта принципу реальности.

Об этом же свидетельствует и тот путь, которым Фрейд пришел к своему открытию роли фантазирования в этиологии неврозов: поначалу Фрейд считал реальными те патогенные сцены детства, о которых рассказывали пациенты в ходе анализа, но затем вынужден был решительно отказаться от этого первоначального убеждения и признать свою "ошибку": эти сцены имели отношение не к материальной, но лишь к "психической реальности"* (а).

Необходимо, однако, подчеркнуть, что само выражение "психическая реальность" - это не просто синоним внутреннего мира, психики в целом и пр. В самом глубоком своем фрейдовском смысле оно означает устойчивое и независимое от окружения ядро сопротивления, которое единственно можно считать "реальным" на фоне других психических феноменов. "Следует ли признать реальность бессознательных желаний - я не знаю. Конечно, проходные мысли и мысли-связки не обладают собственной реальностью. Однако, сталкиваясь с бессознательными желаниями в их наиболее четком и истинном выражении, мы вынуждены будем утверждать, что психическая реа/гьность - это особая форма существования, которую нельзя смешивать с материальной реальностью" (la).

Усилия самого Фрейда, да и все последующие психоаналитические размышления, по сути, были направлены к тому, чтобы понять устойчивость, действенность, относительную организованность мира фантазий в жизни субъекта. С этой целью Фрейд выявил типические способы фантазирования, связанные с построением таких сценариев, как "семейный роман"*. Он счел неплодотворными попытки выбора между трактовкой фантазии как искаженного воспоминания о действительно случившихся событиях и трактовкой фантазии как воображаемого, замаскированного выражения динамики влечения, за которым не стоит никакая реальность. Изучение типичных фантазий, обнаруженных психоанализом, привело Фрейда к мысли о существовании бессознательных схем, или "первофантазий"*, выходящих за рамки индивидуального опыта и наследуемых генетически.

III. Термин "фантазия" широко используется в психоанализе. При этом, к сожалению, остается неясным место обозначаемой им реальности в психике или его топика: непонятно, относится ли фантазирование к сознанию, предсознанию или к бессознательному.

Для правильного осмысления фрейдовского понятия Phantasie необходимо разграничить несколько уровней:

1) то, что Фрейд называл "фантазиями", - это прежде всего сны наяву*, сцены, эпизоды, романы, которые субъект сочиняет и рассказывает в состоянии бодрствования. В "Исследованиях истерии" (Studien ?ber Hysterie, 1895) Брейер и Фрейд показали распространенность и значение такого фантазирования у истериков и назвали его "бессознательным", т. е. тем, что осуществляется в бессознательном или гипноидном состоянии*.

В "Толковании сновидений" (Die Traumdeutung, 1900) Фрейд все еще описывал фантазии по образу и подобию грез наяву. В его анализе они представали как компромиссные образования, сходные по своей структуре со сном. Эти фантазии или сны наяву возникают в процессе вторичной обработки*, т. е. в период работы сновидения*, теснее всего связанный с бодрствующей деятельностью.

2) Фрейд часто говорил о "бессознательном фантазировании", но это не всегда предполагало четкую метапсихологическую позицию. Иногда он имел в виду сублимирующие предсознательные грезы, которым безотчетно предается субъект (2). В статье "Истерические фантазии и их отношение к бисексуальности" (Hysterische Phantasien und ihre Beziehung zur Bisexualit?t, 1908) "бессознательные" фантазии выступают как прообразы истерических симптомов и описываются в тесной связи со снами наяву.

3) Есть и другой подход, выявляющий тесную связь фантазирования с бессознательным. В главе VII "Толкования сновидений" Фрейд утверждал, что некоторые фантазии возникают на уровне бессознательного. Они связаны с бессознательными желаниями и выступают как отправная точка метапсихологического процесса снообразования, причем первый отрезок "пути" к построению сна "...ведет вперед, от бессознательных сцен или фантазий к предсознанию" (1b).

4) Таким образом, в работах Фрейда можно выделить (хотя сам он никогда этого и не делал) различные уровни фантазирования: это уровни сознания, сублимации, бессознательного (?). Фрейда интересовало прежде всего не разграничение этих уровней само по себе, но скорее разнообразные взаимосвязи между ними:

а) в настоящем сновидении сны наяву, подвергшиеся вторичной обработке, могут оказаться непосредственно связанными с бессознательной фантазией как "сердцевиной сна": "Психоанализ обнаруживает в ночных сновидениях фантазии, связанные с желанием, которые нередко оказываются буквальным повторением или же измененным вариантом детских сцен; бывает, что внешний облик сна непосредственно указывает на его сердцевину, искаженную примесью другого материала" (3). Так, в работе сновидения фантазирование предстает одновременно на двух полюсах: с одной стороны, оно выступает в связи с самыми глубокими бессознательными желаниями, а с другой - подвергается вторичной обработке. Эти два полюса сна или два способа фантазирования здесь воссоединяются или по крайней мере обнаруживают внутреннюю взаимосвязь и отношения взаимной символизации;

б) Фрейд считает фантазирование той областью, где несложно уловить механизм перехода между различными психическими системами, вытеснение и возврат вытесненного. Фантазии "...вплотную приближаются к сознанию, где пребывают довольно долго -покуда не получат новую порцию нагрузки; как только эта нагрузка превысит определенный уровень, их немедленно отбрасывает прочь от сознания" (4а);

в) в наиболее развернутом метапсихологическом определении фантазии Фрейд соединяет ее полярно противоположные аспекты: "С одной стороны, фантазии внутренне упорядочены, лишены противоречий, толково используют все преимущества системы сознания, так что мы вряд ли сможем отличить их от сознательных образований; с другой стороны, они бессознательны и лишены доступа к сознанию. [...] Однако именно их источник - бессознательное - определяет их судьбу. Их можно сравнить с метисами - это люди, в общем похожие на белых, однако какие-нибудь особые признаки выдают их цветное происхождение и делают их изгоями общества, лишенными всех привилегий белого человека" (4b).

Представляется поэтому, что фрейдовский подход к фантазиям не только не подчеркивает существенной разницы между бессознательным и сознательным фантазированием, но, напротив, стремится установить между ними переходы и взаимосвязи: "Ясно осознаваемые фантазии извращенцев, которые при благоприятном стечении обстоятельств могут превратиться в поступки, бредовые страхи параноиков, переносящих на других людей собственную враждебность, бессознательные фантазии истериков, раскрываемые психоанализом в симптомах, - все эти образования совпадают по своему содержанию даже в мелочах" (5). Различные продукты .воображения и психопатологические структуры, перечисляемые здесь Фрейдом, едины по содержанию, по способу организации и доступны выявлению независимо от того, сознательны они или бессознательны, выражены ли они в поступках или в мыслях, приняты ли они субъектом на свой счет или же перенесены им на других людей.

Следовательно, в процессе психоаналитического лечения необходимо выявить за такими проявлениями бессознательного, как сны, симптомы, отыгрывание*, навязчивая повторяемость в поведении, лежащие в их основе фантазии. Чем дальше продвигается исследование, тем яснее проступают "отростки" бессознательных фантазмов даже в тех разновидностях поведения, которые, на первый взгляд, никак не связаны с деятельностью воображения и подчиняются лишь требованиям реальности. С этой точки зрения, жизнь субъекта в целом выглядит как модель, приводимая в движение тем, что можно было бы назвать, подчеркивая ее структурирующий характер, фантазматикой. Речь здесь идет и в самом деле не только о тематике, пусть даже и весьма своеобразной для каждого отдельного субъекта, но и о собственной динамике фан-тазматических структур, которые ищут самовыражения и доступа в сознание и действие, привлекая для этого каждый раз новый материал.

IV. Фантазия самым тесным образом связана с желанием, о чем свидетельствует термин Фрейда Wunschphantasie ("фантазия желания") (6). В чем смысл этого отношения? Как известно, для Фрейда источником желания и его прообразом был опыт удовлетворения*'. "Самое первое желание (W?nschen) есть не что иное, как галлюцинаторная нагрузка воспоминания об удовлетворении" (1с). Означает ли это, что первофантазии в поисках своих галлюцинаторных объектов связаны с первым опытом нарастания и разрядки внутреннего напряжения? Можно ли сказать, что первофантазии направлены на фантазматические объекты подобно тому, как потребность обращена к реальным объектам?

Отношение между фантазией и желанием представляется нам более сложным. Даже в своих неразвитых формах фантазирование не сводится ни к какой осознанной деятельности субъекта желания:

1) фантазии - даже те, что доступны пересказу в одной фразе, - представляют собой сценарии, зрелища, последовательность сцен.

2) Субъект постоянно присутствует в этих сценах; даже в "первосцене"*, где его как будто бы нет, он фактически играет свою роль не только как наблюдатель, но и как участник - например, прерывая родительский коитус.

3) Вовсе не представление объекта становится целью субъекта, но скорее сцена, участником которой он является: в ней, кстати сказать, возможны замены ролей (внимание здесь привлекает прежде всего фрейдовский анализ фантазма "Ребенка бьют" (Ein Kind wird geschlagen. 1919] со всеми синтаксическими вариациями этой фразы, а также преобразования сексуального фантазма в случае Шребера).

4) Будучи способом выражения желания, фантазия становится также местом зашиты, обеспечивая такие простейшие защитные действия, как обращение на себя*, обращение в свою противоположность*, отрицание*, проекция*.

5) Все эти разновидности защиты неразрывно связаны с первейшей функцией фантазирования и с мизансценой желания, в которой запрет присутствует изначально - даже в самом способе возникновения желания.

Оцените определение:

Источник: Ж.Лапланш, Ж.-Б.Понталис. Словарь по психоанализу, 1996 г

Найдено научных статей по теме — 6

Как психологические теории преобразуются в метаязык современных психотехнологий: фантазии и размышле

Узлов Николай Дмитриевич
В статье обсуждается вопрос о значимости метауровневых концепций общегуманитарного знания и психологических теорий при построении современных психотехнологий. Ставится вопрос о возможности обучения психотехнологиям как новому способу мышления и восприятия мира исходя из целостного их содержания. Статья иллюстрирована фантазией автора, возникшей при прочтении книги Е.А. Песоцкого «Реклама и психология потребителя» (2004 г.).
Скачать PDF

Исследование повседневного фантазирования взрослых. Часть i: подход и методы

Осорина Мария Владимировна, Чечик Анастасия Андреевна
В статье обсуждается феномен повседневного фантазирования как существенной составляющей психической жизни человека. Этот тип фантазирования обычно появляется в ментальном репертуаре детей после двух лет и в дальнейшем сохраняется в течение всей жизни. Устойчивость этого типа психической практики обусловлена той ролью, которую она играет во внутреннем мире личности. Повседневное фантазирование рассматривается авторами как специфическая и частная форма проявления способности человека к фантазированию и определяется как процесс творческого оперирования образами представлений воображения, направленный на удовлетворение эго-потребностных целей, реализуемых во внутреннем мире личности. Отмечаются основные проблемы, связанные с научным изучением повседневного фантазирования: исторически обусловленное амбивалентное отношение к этому явлению со стороны педагогического и научного сообщества, специфичность предмета исследования и методические трудности организации исследования. В статье предлагаются апробированная авторами стратегия сбора эмпирического материала в виде интервью и текст авторского опросника, который можно применять как при работе с группами респондентов, так и для электронного опроса. Этот опросник позволяет собирать информацию о степени распространенности типичных видов повседневного фантазирования, входящих в границы достаточно широкого репертуара повседневного фантазирования подростков и взрослых людей, исследованного авторами. Опросник был опробован на 480 респондентах. Его можно использовать в электронной форме для сравнительного исследования особенностей содержания повседневного фантазирования у разных групп населения, отличающихся по полу, возрасту, уровню образования и роду занятий.
Скачать PDF

Исследование повседневного фантазирования взрослых. Часть II: результаты апробации методов сбора и о

Осорина Мария Владимировна, Чечик Анастасия Андреевна
This article discusses the phenomenon of everyday fantasizing (EF) as an important part of mental life of a person. We define EF as the process of creative usage of mental imagery serving the needs of a person which are fulfilled in one’s inner world. This type of mental practice is so widespread because it can be used as a resource in achieving a variety of personal goals. In this article we analyze theoretical positions of American researchers who study imagination and fantasy in adults. Also, we define theoretical positions that underlie the research described in this article. It is necessary to highlight the fact that the main characteristic of the events that take place in the inner world is that they potentially can be controlled by the owner of this mental space as it consists of mental representations which are created by the person. Many goals are achieved both in the outer world (in the form of real life actions) and in the inner world (in the form of creating and transforming imaginary situations and “living” in them). In this article we describe and analyze the empirical data collected by using methods (a plan for a semi-structured interview and an inventory) developed on the basis of theoretical positions mentioned above and detailed in the first part of the article.
Скачать PDF

Регуляторная функция повседневного фантазирования взрослых

Чечик Анастасия Андреевна
Повседневное фантазирование присутствует в душевной жизни каждого взрослого человека. На основе данных, полученных нами по результатам 49 глубинных интервью, было выделено четыре функции повседневного фантазирования: регуляторная, познавательно-конструирующая, креативная и коммуникативная. Регуляторная функция позволяет человеку воздействовать на свое психофизиологическое и эмоциональное состояние через образы представлений воображения, изменять свою мотивацию, установки и поведение. В статье описаны и проанализированы ситуации, в которых люди склонны прибегать к этому способу управления своим состоянием. Библиогр. 13 назв.
Скачать PDF

ОБЩИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ В ФОРМИРОВАНИИ СТРАШНЫХ ФАНТАЗИЙ У ЗДОРОВЫХ ЛЮДЕЙ И СОДЕРЖАНИЯ БРЕДА У ЛЮДЕЙ С

Волкова-Зуфман Анна Ивановна, Литинская Джинна Григорьевна
Статья посвящена описанию устойчивых фабул пугающих фантазий психически здоровых людей (или людей с нарушениями невротического уровня) и сравнению их с фабулами бреда у людей с заболеваниями психотического спектра.
Скачать PDF

Смыслы фантазмов, или повествовательное я в сновидениях и художественном вымысле

Шкуратов Владимир Александрович
Ночное, сновидное Я человека рассматривается как нарративное образование. Отталкиваясь от общепринятых трактовок сознания, автор развивает гипотезу о солипсизме нашей самости. Модель наррадигмы применяется к тонким структурам сознания и разворачивается «по вертикали» для анализа коммуникативной нормализации фантазмов посредством повествования.
Скачать PDF

Узнай стоимость написания

Ищете реферат, курсовую работу, дипломную работу, контрольную работу, отчет по практике или чертеж?
Узнай стоимость!