Виктимность

Найдено 3 определения
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] Время: [современное]

Виктимность
лат. victima — жертва)— свойство личности, заключающееся в предрасположенности быть жертвой обстоятельств или воздействия других людей. При этом отсутствует желание отстаивать свою позицию и брать на себя ответственность за свои поступки, что приводит к беспрекословному подчинению более сильным личностям. Например, В. проявляется в так называемом "Стокгольмском синдроме", когда жертвы становятся на сторону тех людей, которые являются причиной их страданий. А.В. Петровский

Источник: Общая психология. Словарь / Под ред. А. В. Петровского. 2005

Виктимность
лат. victima - жертва) - особенности личности и поведения индивида, навлекающие на него агрессию со стороны других людей, такие, как покорность, внушаемость, неумение постоять за себя, неосторожность, доверчивость, легкомыслие, недифференцированная общительность, а также психические расстройства. Не показывать свои недостатки для многих людей означает не навлекать на себя агрессию со стороны падких на легкую добычу людей-хищников – интуитивно или наученные драматическим опытом жизни люди считают это адекватной моделью поведения особенно в обществе насилия, поэтому они предпочитают улыбаться и оскаливаться, то есть показывать при этом свои белые, здоровые зубы, чем жаловаться, плакать, демонстрировать уныние. Показывать свои зубы, пусть и с улыбкой на лице, - знак агрессивности. Так, обезьяны немедленно нападают на таких улыбчивых людей, изображениями которых заполнены модные, гламурные журналы – даже при первом взгляде на них невольно ощущается, что там изображены стаи симпатичных хищников.

Источник: Жмуров В.А. Большая энциклопедия по психиатрии. 2012

Виктимность
от лат. victima — жертва] — достаточно устойчивое личностное качество, характеризующее объектную характеристику индивида становиться жертвой внешних обстоятельств и активности социального окружения, своего рода личностная предрасположенность оказываться жертвой в тех условиях взаимодействия с другими и воздействия этих других, которые в этом плане оказываются нейтральными, «не опасными» для других личностей. В рамках современной психологической науки, по сути дела, на «проблемном» перекрестке юридической и социальной психологии сформировалась область знания, которая определяется как виктимология, то есть наука о поведении жертвы. В логике социальной психологии такое личностное свойство, как виктимность, достаточно жестко коррелирует с неадекватно заниженной самооценкой, с неспособностью, а порой и нежеланием отстаивать собственную позицию и брать на себя ответственность за принятие решения в проблемных ситуациях, с избыточной готовностью принимать позицию другого как несомненно верную, с неадекватной, а иногда патологической тягой к подчинению, с неоправданным чувством вины и т. п. Одним из наиболее известных и ярких примеров проявления личностной виктимности является, так называемый, «стокгольмский синдром», который выражается в том, что жертвы на определенном этапе эмоционально начинают переходить на сторону тех, кто заставил их страдать, начинают сочувствовать им, выступать на их стороне, иногда даже против своих спасителей (например, в ситуации захвата заложников и попыток их освободить). Личностная виктимность достаточно часто актуализируется в форме откровенно провокационного поведения потенциальных жертв, при этом часто ни в коей мере не осознающих того факта, что их поведенческая активность, по существу, практически впрямую подталкивает партнера или партнеров по взаимодействию к насилию. Подобное поведение особенно в экстремальных или попросту неординарных ситуациях является стимулом агрессии прежде всего со стороны авторитарных личностей.
Несмотря на то, что виктимность проявляется в самых разных сферах жизненной активности людей и сферах их межличностного взаимодействия, наиболее углубленно эта проблематика исследована в области внутрисемейных контактов. Так, например, показано, что одной из наиболее значимых причин формирования устойчивой личностной виктимности является семейное насилие в самом широком смысле этого понятия. Так, С. В. Ильина выделила два наиболее опасных в данном отношении периода развития. Проведенное ею «сравнительное изучение статистических данных по внутри- и внесемейному насилию показало, что средний возраст жертв инцеста составляет 6—7 лет, тогда как средний возраст пострадавших от изнасилования значительно выше — 13—14 лет. Дошкольный и подростковый возрастные периоды являются «возрастами риска» в отношении насилия. Жестокое обращение или сексуальная травматизация в этот период вероятнее всего окажут куда более разрушительное воздействие, чем в период относительной эмоционально-личностной стабильности. В период возрастных кризов происходит целый ряд изменений, которые усиливают виктимность ребенка: изменение телесного облика, личности. С. В. Ильина утверждает, что имеются «сензитивные к насилию» периоды в жизни ребенка, когда анатомо-физиологические, гормональные, эмоционально-личностные и психосексуальные изменения делают жертву более травматизируемой. Эти периоды являются опасными в отношении как сексуального насилия, так и жестокого обращения с ребенком, телесных наказаний, психологического насилия. Изменившийся физический облик и поведение ребенка становятся провоцирующими не только для потенциального насильника, но и у родителей вызывают стремление немедленно исправить непослушное чадо, актуализируя те или иные воспитательные установки. Другие возрастные периоды по статистике являются менее опасными для непосредственного насилия. Однако проявления, так называемого, «токсичного» родительского отношения возможны в любом возрасте. Основные типы искаженного родительского отношения возможны в любом возрасте. Основные типы искаженного родительского отношения — депривация и симбиоз — ложатся в основу формирования виктимной личностной организации, которая вынуждает ее обладателя всю последующую жизнь вызывать на себя то или иное насильственное воздействие»1.
Последнее замечание С. В. Ильиной представляется особенно важным в связи с тем, что травматическое родительское воздействие в раннем возрасте, влекущее формирование виктимности, часто не носит внешних признаков насилия и является неосознанным. Довольно типичным житейским примером такого рода может служить ситуация, когда мужчина, страстно желавший стать отцом мальчика, начинает воспитывать дочь по мужскому образцу — вовлекать ее в типичные мужские игры, побуждать заниматься экстремальными видами спорта, «мужественно» терпя при этом боль от неизбежных физических травм, и т. п. Подобный тип взаимоотношений, внешне нередко носящий характер товарищеского партнерства и порождающий сильную привязанность дочери к отцу, по сути дела, представляет собой типичный симбиоз с отчетливо выраженной садо-мазохистской направленностью. Девочка, растущая в подобных условиях, усваивает на подсознательном уровне, что для того, чтобы привлечь внимание значимого мужчины и заслужить его одобрение, она должна быть готовой пожертвовать своими интересами, терпеть страдания и унижения.
В этом контексте особенно интересен тот факт, что страдающие от виктимности индивиды в определенных условиях сами склонны к насилию и жестокости. По мнению некоторых исследователей, в частности, А. А. Гурьевой, «дети, пострадавшие от жестокости, ... составляют особую виктимологическую группу, когда жертва в конечном итоге превращается в жестокого мстителя»2. Данный, видимый парадокс становится совершенно понятным, если обратиться к интерпретации сущности садо-мазохистского симбиоза, предложенной Э. Фроммом. По его мнению, «взаимосвязь садизма и мазохизма очевидна, но с точки зрения бихевиоризма они являются противоположностями. В действительности же это два различных аспекта одной и той же основной ситуации: ощущение экзистенциальной и витальной импотенции. Как садист, так и мазохист нуждаются в другом существе, которое может, так сказать, их “дополнить”. Садист дополняет сам себя при помощи другого существа, мазохист сам себя делает дополнением другого существа. Оба ищут символических связей, так как каждый из них не имеет стержня внутри себя. Хотя садист вроде бы не зависит от своей жертвы, на самом деле она ему необходима; он в ней нуждается, но ощущает эту потребность в извращенной форме.
Из-за тесной связи между садизмом и мазохизмом будет правильнее говорить о садо-мазохистском характере, хотя ясно, что у каждого конкретного лица преобладающим является либо один, либо другой аспект. Садо-мазохистский характер можно еще назвать авторитарным, если перейти от психологической характеристики к политической, ибо, как правило авторитарные лидеры демонстрируют черты садо-мазохистского характера: притеснение подчиненных и подобострастие по отношению к вышестоящим»3.
Понятно, что в характере и поведении индивидов с сформированной виктимностью доминирует именно мазохистский аспект рассматриваемого Э. Фромом континуума «садизм — мазохизм» (именно этим, в частности, и объясняется «стокгольмский синдром» и другие формы идентификации с насильником). Однако в определенной ситуации может проявиться и противоположный, садистический аспект. Как правило, такого рода «месть» за пережитые унижения и страдания направляется не на реального мучителя, а на того, кто воспринимается как «удобный» объект, то есть еще более слабый и беззащитный, чем сама виктимная личность. Нередко в такой роли выступают животные, а в более зрелом возрасте и собственные дети. Таким образом, виктимность может «передаваться по наследству». Социально-психологическая и психотерапевтическая практика показывают, что родители и более отдаленные предки жертв насилия также подвергались насилию. Совершенно очевидно, что подобный семейный синдром является одним из наиболее опасных проявлений виктимности в обществе.
Не менее важным обстоятельством в контексте рассматриваемой проблематики представляется то, что по справедливому замечанию А. В. Глаголевой, «насилие в семье является огромной травмой не только для тех, кто его переживает, но и для свидетелей этого насилия, младших по возрасту детей. Происходит “вторичная виктимизация”, заключающаяся в переживании свидетелями насилия тех же психологических последствий, что испытывает жертва»1. Таким образом, происходит внутрисемейное «заражение виктимностью» не только «по вертикали» — из поколения в поколение, но и «по горизонтали». При этом нельзя не отметить, что виктимизация в результате семейного насилия может иметь не только отложенные по времени, но и непосредственные трагические последствия. В частности, как показано в целом ряде исследований, «повторяющееся насилие ведет к значительным психологическим страданиям, непроходимому чувству страха, депрессии, посттравматическому стрессу, а иногда и к более серьезным последствиям, таким как попытки самоубийства. Применяющееся в семье физическое наказание почти всегда сопровождается психическим насилием — словесными оскорблениями. Диапазон физического насилия не ограничивается только телесными наказаниями различной степени тяжести, сюда относят ограничение детей в еде, сне, привлечение их к употреблению алкоголя и наркотиков, лекарственных и химических веществ для изменения их психического состояния. Последствиями семейного физического насилия являются не только различные нарушения физического (до инвалидизации) и психического (до различного уровня умственной отсталости и психических нарушений), здоровья, но и нравственная деградация личности»2.
Если первичная виктимизация личности, как правило, происходит в семье, то ее развитие зависит от целого ряда как собственно социально-психологических, так и социальных, социально-экономических и иных факторов. В частности, усилению личностной виктимности и дополнительной травматизации могут способствовать жестокое отношение к ребенку в школе со стороны учителей и (или) сверстников, вовлечение его в асоциальные неформальные группировки, уличное насилие и т. п.
Практический социальный психолог, работающий с реально функционирующей группой, в силу своих профессиональных обязанностей должен, с одной стороны, выявить в логике виктимности наличие возможных потенциальных «жертв», а с другой — четко отслеживать формы и направленность взаимодействия с ними тех членов сообщества, которые могут быть отнесены к авторитарным или склонным к авторитарности личностям.

Источник: Кондратьев М. Ю., Ильин В. А. Азбука социального психолога-практика. 2007



Найдено схем по теме — 1

Найдено научных статей по теме — 15

Читать PDF
166.92 кб

Ювенальная виктимность девиантной личности

Клейберг Юрий Александрович
Читать PDF
157.15 кб

Агрессия и виктимность в контексте семейной социализации

Реан Артур Александрович
В статье поднимаются вопросы психологических факторов агрессивного и виктимного поведения.
Читать PDF
193.59 кб

Виктимность рождается в семье (о жертвах инцеста)

Ильюк Е.В.
Инцест как сексуальные отношения между членами семьи (кроме супругов) имеет максимальную латентность и одновременно очень распространен в обществе.
Читать PDF
194.42 кб

Привилегированная виктимность как следствие психологического домашнего насилия

Сухарев А.А.
Больше всего насильственных преступлений совершаются на бытовой почве. При этом в юридической деятельности в основном учитывается и анализируется физическое домашнее насилие, а не психологическое.
Читать PDF
114.90 кб

Семья: агрессия и виктимность несовершеннолетних

Реан Артур Александрович
Освещаются вопросы психологических факторов агрессивного и виктимного поведения.
Читать PDF
293.14 кб

Профессиональная виктимность как детерминанта технической безопасности на горнодобывающих предприяти

Грызунов В.В., Грызунова И.В., Козлов Г.В., Гришина А.М.
В процессе технической модернизации горнодобывающей промышленности важное значение приобретает человеческий фактор, как источник возможных техногенных аварий.
Читать PDF
358.04 кб

Игровая зависимость: криминогенность, виктимность и суицидогенность

Солдаткин Виктор Александрович, Мавани Давал Чандракант, Дьяченко Антон Васильевич
В целях изучения клиники игровой зависимости (по МКБ-10 патологического влечения к азартным играм) в ее криминологическом, виктимологическом и суицидологическом аспектах обследовано 150 человек, страдающих этим расстройством (135
Читать PDF
2.73 мб

Виктимность в сфере неосторожных профессиональных медицинских преступлений (Ч. 2 ст. 109, Ч. 2 ст. 1

Винокурова Мария Александровна
В статье рассмотрены особенности видовых характеристик понятия«виктимности» в области ненадлежащего оказания медицинской помощи.
Читать PDF
116.01 кб

ВИКТИМНОСТЬ ЛИЦ ПОЗДНЕГО ВОЗРАСТА (ГЛОБАЛЬНЫЕ И СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ)

Пищикова Любовь Евгеньевна
Рассмотрены глобальные и судебно-психиатрические аспекты виктимности лиц пожилого и старческого возраста.
Читать PDF
136.31 кб

Разработка и стандартизация опросника «Тип ролевой виктимности»

Одинцова М. А., Радчикова Н. П.
В статье описаны этапы разработки и стандартизации опросника « Тип ролевой виктимности ». На основании теоретического анализа научных работ, определено основное понятие : ролевая виктимность.
Читать PDF
5.77 мб

Девиантность как механизм компенсации виктимности личности

Назарова Н. Б.
В статье рассматриваются детерминанты девиантной виктимности современного подростка, причины конфликтов, возникающих в группах несовершеннолетних. Предпринята попытка интерпретации основных индикаторов виктимной личности
Читать PDF
2.35 мб

Понятие и сущностная характеристика виктимности как социально-педагогического явления

Сысоева Валерия Валерьевна
В статье раскрывается понятие «виктимность», даётся определение социально-педагогической виктимологии, перечисляются виды жертв неблагоприятных условий социализации, приводятся различные классификации виктимности.
Читать PDF
0.00 байт

Этапы разработки опросника «Тип ролевой виктимности»

Одинцова Наталия Игоревна, Радчикова Наталия Павловна
В статье описаны этапы разработки опросника «Тип ролевой виктимности». На основании теоретического анализа научных работ определено основное понятие: ролевая виктимность.
Читать PDF
536.61 кб

Коммуникативные установки студентов-инвалидов как условия виктимности

Фоминых Екатерина Сергеевна
В статье исследуется специфика виктимности студента-инвалида; выявляются преобладающие типы и модели виктимной активности на основе личностно-психологических особенностей.
Читать PDF
612.47 кб

Психологические механизмы виктимности

Фоминых Екатерина Сергеевна
В статье рассматривается сущность виктимности как интегративного свойства личности.