Страх (тревога) также, как и агрессия, является одним из важнейших психических феноменов человека, исследования которого зачастую рождают целые направления в психологии.
В современной психиатрии и психологии принято различать страх как «эмоцию, возникающую в ситуациях угрозы биологическому или социальному существованию индивида и направленную на источник действительной или воображаемой опасности»; и тревогу как «эмоциональное состояние, возникающее в ситуациях неопределенной опасности» и имеющее внутрипсихическое происхождение.
В концепции динамической психиатрии страх (тревога), как и агрессия, представляет собой центральную гуманную функцию, расположенную в неосознаваемом ядре личности и выполняющую роль важнейшего индикатора и регулятора взаимоотношений индивида со средой, необходимого как условие проявления активности, приобретения нового опыта, поддержания и развития Я-идентичности. Другими словами, именно тревога позволяет субъекту правильно ориентироваться в сложном мире объектных отношений, справляться с реальностью, контактировать человеку с самим собой, со своим бессознательным и, тем самым, быть способным устанавливать контакты с другими лицами и группами. При этом важно отметить, что тревога у человека возникает во всякой ситуации, требующей подтверждения своей идентичности, и, фактически является энерго-регуляторным механизмом преодолевающего (копинг-) поведения.
Для нормального развития Я-идентичности в условиях различного рода опасности требуется наличие определенного уровня чувства страха (тревоги) и особенно - способности сосуществовать с ним. Такая способность позволяет использовать тревогу для решения задач социально-психической адаптации, действий в реальном мире без потери своей интеграции и целостности, дифференцировать реальные угрозы и «объективно» необоснованные опасения и страхи.
1. Конструктивный страх
Конструктивный страх, таким образом, играет роль механизма, мобилизующего и развивающего совладания с тревогой; тормозящего излишнюю активность, контролирующего пределы деятельного «экспериментирования», допустимой любознательности и здорового любопытства в процессе реализации своей Я-идентичности на основе гибкого согласования уровня внутренней активности субъекта с реальной опасностью и сложностью актуальной ситуации.
Формируясь (как и другие центральные функциональные составляющие «Я») в продуктивном симбиозе (ранних отношениях с матерью и первичной группой), он навсегда сохраняет свой межличностный характер, обеспечивая возможность в угрожающих ситуациях обращаться за помощью и принимать ее от других, а также при необходимости самому оказывать эту помощь реально нуждающимся.
Конструктивный страх имеет важную сигнальную, защитную и ориентировочную функцию, например, при оценке степени опасности. Конструктивный страх делает человека способным, устанавливать контакт с другими, принимать помощь, справляться с потерями, разлукой, со смертью близких, открывать границы своего Я, тем самым, далее развивать собственную идентичность, т.е. «делает человека человеком».
Конструктивная личность характеризуется психологической устойчивостью (толерантностью) к тревожным переживаниям и умением принимать обоснованные, взвешенные решения в ситуациях ответственного выбора как в повседневных (стационарных), так и в экстраординарных (экстремальных) условиях. Для нее также характерна способность к контактам и активному привлечению других людей для разрешения собственных трудностей, сомнений, опасений и страхов, а также способность чувствовать тревожные переживания других и оказывать поддержку в их преодолении.
2. Деструктивный страх
Деструктивный страх представляет собой деформацию (искажение) регуляторной составляющей механизма совладания с тревогой, с утратой активности, обеспечивающей психическую интеграцию личности.
Неспособность усвоения опыта адекватного, дифференцированного отношения к опасным и угрожающим ситуациям, приводит к «захлестывающей» тревоге, превышающей степень реально существующей опасности, и вследствие этого к дезорганизации и социо-психической дезадаптации.
Причиной деформации Я-функции страха считается атмосфера «враждебного симбиоза» в ранней фазе индивидуального развития (онтогенеза), приводящая к генерализованному восприятию угрозы, «затопляющей» слабое Я ребенка и препятствующая нормальной интеграции жизненного опыта, возможности «разделить» и совместно пережить тревогу в симбиотическом контакте с матерью. Сформированное таким образом у ребенка базисное недоверие к миру приводит к чрезмерной фрустрации его чувства безопасности, бессознательно сопровождая личность во всех ее последующих отношениях с реальностью и деформации межличностного взаимодействия как важнейшего способа преодоления переживаемой угрозы.
На поведенческом уровне деструктивный страх проявляется неадекватной переоценкой реальных угроз, трудностей, проблем; неспособностью к адекватному поведению в опасных ситуациях, вплоть до панических проявлений; боязнью установления новых контактов и близких, доверительных человеческих отношений; страхом перед авторитетами; боязнью любых неожиданностей; затруднениями в концентрации внимания; выраженными телесными вегетативными реакциями (потливостью, учащенным сердцебиением, головокружением), опасениями за собственное будущее; неспособностью обращаться за помощью и поддержкой в трудных жизненных ситуациях.
Для деструктивно-тревожных личностей характерны повышенная тревожность, склонность к беспокойству и волнениям по самым незначительным поводам, трудности в организации собственной активности, ощущение недостаточности контроля над ситуацией, нерешительность, робость, стеснительность, аспонтанность, трудности в самореализации, расширении своего жизненного опыта, беспомощность в ситуациях, требующих мобилизации и подтверждения идентичности, переполненность всевозможными опасениями за свое будущее, неспособность по настоящему доверять ни себе, ни окружающим людям.
Одной из целей гуманструктуральной терапии является превращение деструктивного страха в конструктивную силу, т.е. восприятие его как двигателя развития идентичности человека, ибо каждый новый шаг по направлению к собственной идентичности связан с открытием границ Я и, тем самым, со страхом. В этой связи предел готовности терпеть страх (сосуществовать вместе с ним) определяет возможность позитивных изменений в ходе психотерапии.
3. Дефицитарный страх
Дефицитарный страх, в отличие от деструктивного означает неразвитость или блокировку механизма оповещения об опасности и неспособность сосуществовать со страхом, терпеть его, ведущее к субъективному невосприятию и игнорированию опасности. Он всегда обозначает страх перед страхом, приводящий к эмоциональной отстраненности и поверхностности в отношениях с другими, избеганию ситуаций раскрытия своего «Я», и в конечном итоге - столкновений с собственной идентичностью.
Причиной недоразвитости Я-функции страха является атмосфера «холодного» и безучастного первичного симбиоза (отношение матери), в которой ребенку не транслируются относящихся к нему эмоциональные состояния, переживания, опасения и тревога матери, что ведет к блокировке развития механизма опосредованного «овладения» опасностью. При этом страдает не только регуляторный, но и экзистенциальный - сигнальный компонент тревоги, что проявляется в неспособности «почувствовать» страх вообще, невозможности сосуществования с тревогой и непереносимости переживаний, связанных с психическим отражением опасности, которая не воспринимается сознанием ребенка как таковая.
Дефицит способности субъективно чувствовать страх рано или поздно приводит к столкновению с объективной опасностью лицом к лицу, психотравматические последствия которого и определяется последующую патогеннкю динамику развития данной Я-функции.
Функциональный дефицит конструктивного страха компенсаторно вовлекает в процесс адаптации другие Я-функции, деформируя таким образом, целостную Я-структуру личности.
На поведенческом уровне дефицитарный страх проявляется недооценкой или полным игнорированием объективной опасности, ощущением скуки, усталости и душевной пустоты и эмоциональной «спячки»; выраженным компенсаторным стремлением к экстремальным ситуациям, позволяющим хоть на некоторое время избавиться от «эмоционального несуществования», «проснуться», ощутить эмоциональную встряску («адреналин в крови»), почувствовать реальную жизнь; невосприятием страха и эмоциональных состояний, испытываемых другими, ведущее к эмоциональному неучастию, неадекватности в оценках действий и поступков окружающих, избеганию столкновений с внутренним «Я» другого человека, эмоциональному сглаживанию и поверхностному характеру контактов и отношений с окружающими; неспособность усвоения нового, развивающего жизненного опыта.
Для дефицитарно-тревожных личностей характерны: отсутствие проявления реакции тревоги, как в обычных, так и в стрессовых ситуациях (впечатление психологической устойчивости), склонность к риску, игнорированием объективной опасности, тенденция к эмоциональному обесцениванию важных жизненных событий, глубоких чувств и эмоциональных отношений (ситуаций расставания со значимыми другими, потерь близких и т.п.); отсутствие видимых трудностей в межличностных отношениях при неспособности достичь достаточной эмоциональной глубины, недоступности истинного соучастия и сопереживания.
Как средство неосознаваемой защиты от собственного страха, дефицитарный страх часто служит основой для заместительной склонности (тропизма) к употреблению алкоголя, наркотических веществ, пребыванию в криминальной среде, а также приверженности различным идеологиям силы.
Три разных аспекта страха (конструктивный, деструктивный, дефицитарный) могут быть качественно установлены и количественно измерены с помощью соответствующих шкал Я-структурного теста Г.Аммона и Психодинамически ориентированного личностного опросника (ПОЛО).
